Оккупация Ливии началась ровно 100 лет назад.

 Оккупация Ливии началась ровно 100 лет назад.

5 октября 1911 года итальянский морской десант занял Триполи – для этого хватило 1500 человек. Мы не ошиблись: это произошло именно в 1911 году. Территория современной Ливии принадлежала в то время Оттоманской империи, а Италии позарез нужны были колонии. Земли на севере Африки уже 100 лет назад выглядели очень привлекательными. Ливии, впрочем, тогда ещё не было: итальянцы сформировали её позже – как раз из отобранных у Турции Триполитании (северо-запад) и Киренаики (северо-восток), добавив к ним Феццан (юго-запад). Поводом для вторжения стало, как и в XXI веке, желание приобщить местное население к благам цивилизации. Причиной, как и сейчас, – стремление завладеть богатыми землями и получить контроль над Средиземным морем.

 Итальянцам и туркам было за что сражаться в начале XX века. Ливия сейчас 4-я по площади страна в Африке и 17-я в мире. А 100 лет назад только вилайет Триполи вместе с санджаком Бенгази (вилайет и санджак – это единицы административно-территориального деления) занимали около 406 тыс. квадратных миль с населением 800–1300 тыс. жителей. Эта территория в три с половиной раза превосходила площадь Италии и составляла половину остальных владений Турции. И захватить её было относительно просто: в Триполитании Оттоманская империя держала гарнизон в 5 тыс. человек, в Киренаике – всего 2 тысячи. Однако для аннексии огромных территорий Италии было недостаточно простого военного превосходства, нужно было ещё согласие других европейских стран. И оно было получено. В ночь с 13 (26) на 14 (27) сентября 1911 года Оттоманской Порте по телеграфу отправили ультиматум, в котором заявлялось, что «итальянское правительство, признавая себя отныне вынужденным озаботиться охраной своего достоинства и своих интересов, решило приступить к военной оккупации Триполи и Киренаики». «Это решение – единственное, на котором Италия может остановиться. Королевское правительство надеется, что императорское правительство соблаговолит отдать соответствующие приказания, чтобы Италия не встретила со стороны оттоманских представителей никакого противодействия, чтобы меры, которые явятся необходимыми вследствие принятия этого решения, могли бы быть осуществлены без затруднений», – говорилось в ультиматуме. Вот так: отдайте свои земли и не мешайте – ни больше ни меньше. Как и в 2011 году, 100 лет спустя, беззастенчивая оккупация чужих территорий прикрывалась словами о правах человека и развитии прогресса. «В течение долгого ряда лет итальянское правительство не переставало делать Порте представления, указывающие на абсолютную необходимость положить конец беспорядку и пренебрежению, в которых Турция оставляла Триполи и Киренаику, дабы эти области, так же как и прочие части Северной Африки, стали причастными благам прогресса. Такая перемена, основанная на общих требованиях цивилизации, представляет для Италии жизненный интерес первостепенной важности ввиду незначительности расстояния, отделяющего эти области от итальянских берегов» – именно так в ультиматуме мотивировали необходимость отторжения половины турецких владений.                                      

Предъявление ультиматума носило чисто формальный характер. На ответ давалось всего 24 часа, на вывод войск – 48 часов, а затем итальянское правительство считало себя «вынужденным приступить к немедленному осуществлению мероприятий, имеющих целью обеспечить оккупацию». Впрочем, в Италии и не собирались дожидаться завершения переговоров. Итальянское правительство начало войну без официального объявления.                                      

Нападение на Турцию было неожиданным для европейцев. «Официальные заявления, сделанные по этому поводу кабинетами держав, уклончивые и неопределённые, заставляли думать, что не только народы, но и правительства Европы были захвачены врасплох «разбойничьим набегом» на Триполи, как единодушно квалифицировала предприятие Италии пресса – от левых до крайних правых органов, – писал в 1911 году Сергей Масловский. – Но осведомлённость великих держав ясна уже из самого факта захвата».                                      

На территорию современной Ливии итальянцы нацелились давно, ещё до появления собственно Италии. Напомним, что единое итальянское государство – одно из самых молодых в Европе: Сардинское королевство превратилось в Итальянское 150 лет назад, а Рим присоединили и того позже – в 1870 году. А о том, что Италии должно принадлежать Средиземное море, идеологи итальянского объединения говорили ещё в 1838 году. Однако непосредственно приступить к операции по присоединению северо-востока Африки Италия смогла только в начале ХХ века. Как писали современники, «наиболее искренне и открыто поддерживает итальянское предприятие Франция, ибо для неё оккупация Триполи Италией, во всех отношениях и при всякой обстановке, представляет крупные выгоды». Вслед за Францией, в 1904 году, аннексию Триполитании одобрила Англия, а в 1909 году Италия получила гарантии невмешательства и от России.                                     

  Напав на Турцию, Италия откровенно нарушила VII статью так называемого Парижского трактата, согласно которой русский, австрийский, французский, английский, прусский и сардинский монархи обязывались «каждый со своей стороны уважать независимость и целость Империи Оттоманской». К тому же они обеспечивали «совокупным своим ручательством точное соблюдение сего обязательства», а значит, должны были вмешиваться в случае чьих-либо попыток захватить часть Турции. «Если между Блистательною Портою и одною или несколькими из других заключивших сей трактат державами возникнет какое-либо несогласие, могущее угрожать сохранению дружественных между ними сношений, то и Блистательная Порта, и каждая из сих держав, не прибегая к употреблению силы, имеют доставить другим договаривающимся сторонам возможность предупредить всякое дальнейшее столкновение через своё посредничество», – гласила VIII статья. Но после нападения Италии все европейские державы заявили о своём нейтралитете. Попытки Турции прибегнуть к посредничеству для урегулирования конфликта успехом не увенчались.                                     

  5 октября 1911 года морской десант занял Триполи – для этого хватило 1500 человек. Затем началась высадка основного экспедиционного корпуса численностью около 35 тыс. человек. Итальянские войска заняли города Тобрук, Дерну и хорошо известный нам благодаря недавним событиям Бенгази. Быстрой победы тем не менее добиться не удалось: местное население и добровольцы из других арабских стран не пускали оккупационные войска в глубь территории, а турецкая армия оказывала достаточно серьёзное сопротивление. И всё же через месяц, 5 ноября, Италия провозгласила свою власть, несмотря на то что под её контролем, по сути, были только крупные поселения в прибрежных районах. Кстати, ту же самую модель использовало в 2011 году правительство национального единства.                                     

  Для окончательной победы Италии потребовался год. Количество войск пришлось довести до 100 тыс. человек: у противника было чуть ли не в четыре раза меньше – 20 тыс. арабов и 8 тыс. турок. Но отдать Триполитанию и Киренаику Оттоманскую империю заставили не военные поражения, а внутриполитический кризис октября 1912 года и Балканская война. Соглашения, по которым эти земли получали «автономию», были подписаны в Швейцарии: секретный договор – 15 октября, публичный – 18 октября. А окончательный отказ от прав на Триполитанию и Киренаику произошёл лишь в 1923 году – по Лозаннскому мирному договору.                                      

Оккупация Ливии обошлась Италии в немалую сумму, и реальные расходы, как обычно и бывает, намного превысили «плановые». Вместо 30 млн лир в месяц пришлось тратить по 80 млн – и значительно дольше. Потери были не слишком велики: у Италии убито 1100 человек, у Турции – 4500. От ран и болезней скончались ещё 2280 у Италии и 6000 у Турции. Плюс 324 человека пропали без вести. Итого обе стороны потеряли 14 204 человека. При этом нужно учитывать, что данные по Османской империи носят приблизительный характер и округлялись, по-видимому, в большую сторону.                                     

  Но локальный конфликт на самом деле сыграл очень большую роль в ХХ веке, его влияние затем постоянно сказывалось на политических событиях – от Первой мировой войны и, как мы уже знаем, до теперешнего момента. «Удар на Триполи – это только проба сил: удар этот отзовётся на европейском материке», – справедливо предсказывали газеты тех лет.                                      

Проявилось это не только в изменении геополитической ситуации, но и в частностях. Так, именно в ходе итало-турецкой войны впервые использовали авиаразведку, а затем произвели первую бомбардировку с самолёта. 1 ноября 1911 года младший лейтенант Джулио Гавоти с самолёта «Етрих Таубе» сбросил 4 гранаты весом по 4,4 фунта (1,8 килограмма) на турецкий военный лагерь. Затем итальянцы сбрасывали 10-килограммовые бомбы, заряжённые поражающими элементами – шариками от картечи, а турецкая сторона обвиняла их в бомбардировке госпиталя и в негуманном способе ведения войны. В Триполитании проявили себя и многие из тех, кому впоследствии пришлось вершить судьбы Европы и мира. Достаточно назвать двоих – будущего первого президента Турецкой Республики Мустафу Кемаля Ататюрка и будущего маршала Италии Пьетро Бадольо, ставшего в 1943 году премьер-министром.

Дмитрий Николаев